Здоровье и красота > Советы психолога

2546

Речичанам о депрессии и методах лечения, или Почему психиатрам надо доверять

 +

Кто из нас не жаловался хотя бы раз в год на то, что все валится из рук, на тоску и уныние? Или как там у Лермонтова «И скучно и грустно, и некому руку подать в минуту душевной невзгоды... Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..» Но кто-то, сходив в спортивный зал или поплакавшись соседке в жилетку, благополучно выходит из этого состояния, а кто-то «застревает». Словом, здравствуй, депрессия! И тогда без специалиста не обойтись. Заведующий психонаркологическим диспансером Петр Ребенок отвечает на вопросы журналиста.

– Петр Викторович, действительно ли депрессия – самое распространенное психическое расстройство?

– Оно не только самое распространенное, но и хорошо изученное психическое заболевание. Иногда достаточно взглянуть на пациента, чтобы понять симптоматику. Если мы видим перед собой трясущегося человека с широко открытыми от страха глазами, то, скорее всего, это –
серотониновая депрессия. Если пациент жалуется на слабость, утомляемость, у него опускаются руки – по всей вероятности, это катехоламиновая или норадреналиновая природа заболевания. Если расстроен ритм сна-бодрствования, плюс имеются нарушения пищевого поведения, то мы имеем дело с мелатониновой депрессией.

– Почему депрессию лечат так долго – 3–6 месяцев?

– Дело в том, что во время заболевания меняется чувствительность рецепторов к нейромедиаторам (серотонин, адреналин, мелатонин и др.), а чтобы она вернулась на прежний, здоровый уровень, требуется, по меньшей мере, 6 месяцев. При этом антидепрессивный эффект мы ждем уже с первой недели терапии. Пусть это будут очень маленькие изменения, но этого достаточно, чтобы в жизни пациента наступил просвет: появились энергия, желания, уважение к себе, надежда на улучшение. И больной начнет сознавать: то, что с ним было, – это болезнь. Потом этот эффект нарастает.

– Но если человек так долго принимает препараты, не возникает ли зависимость от них?

– Вот странно: люди почему-то антидепрессантов боятся больше, чем других лекарств. Это абсолютный миф! Сегодня антидепрессанты – хорошо известная, «крепко стоящая на ногах» группа лекарственных препаратов. И лечение депрессии и многих других расстройств без них считается неграмотным. При правильной отмене препарата ни ломки, ни привыкания не возникает. Единственные лекарственные средства, с которыми могут быть проблемы зависимости, – транквилизаторы. Это «безобидный» диазепам, элениум, алпразолам, клоназепам. Эти препараты хороши для однократного приёма в случае особой надобности. Это так называемая «скорая помощь». Когда транквилизатор появляется в крови, сразу наступает облегчение, вне зависимости от того, что человека беспокоило. Естественно, что такая таблетка становится самой любимой, самой желанной. И как только возникает напряженная ситуация, рука сама тянется к ней. Сейчас транквилизаторы включены в список «А» – особая форма учетности и без специального рецепта их не купишь. Я обеими руками «за» такие меры. Важно понимать: если вы чувствуете, что не справляетесь с ситуацией, надо начать работать с психологом или психотерапевтом и разобраться со своими внутренними проблемами. Хороший специалист научит достойно переносить стрессы любого уровня. И вам не понадобятся никакие препараты.

– Люди с опаской относятся к психиатрам, да и не принято у нас обращаться к их услугам. К тому же сколько раз мы видели в кино, знаем по рассказам: больной «подсаживается» на лекарство и превращается в зомби...

– То, о чем вы говорите, в большей степени относится к препаратам, открытым в середине прошлого века. К сожалению, действительно они вызывали большое количество побочных эффектов. Из-за седативного действия пациенты не могли оставаться активными, работать, учиться. И многие отказывались от их приёма. Сегодня, благодаря использованию продвинутых технологий в производстве лекарств, появились препараты длительного действия. Например, одна инъекция может удерживать человека в стабильном состоянии в течение месяца. Надеюсь, что скоро в нашей стране будет зарегистрирован препарат, который действует целых три месяца.

– Петр Викторович, каков механизм работы современного препарата?

– В самом общем виде это можно представить так. На мембранах нервных клеток находятся дофаминовые рецепторы, которые участвуют в проведении нервного импульса. Во время болезни импульс проходит или быстрее, или медленнее, чем нужно. И человек это ощущает как тревогу, страх, раздражительность, подавленность. Задача препарата – поставить своеобразный «шлагбаум» на этих рецепторах, открывая и закрывая его ровно так, чтобы импульс проходил в соответствии с физиологической нормой. Но многое зависит индивидуальной переносимости, тяжести самой болезни, ее излечимости, точности поставленного диагноза. Не бывает двух одинаковых депрессий, двух одинаковых галлюцинаций. Некоторые наши пациенты отлично переносят «старый» аминазин и прекрасно себя чувствуют, не испытывая обострений, тогда как современная терапия приводит у них к множеству побочных эффектов. Так что наряду с новейшими препаратами применяются и прежние.

– Ну а главное – вовремя обратиться к специалисту, не запускать свою хандру?

– Как и в любом заболевании. Легче предупредить, «локализовать» тревожное состояние на начальной стадии, чем тогда, когда пациент уже нуждается в экстренной медицинской помощи.

– Спасибо за интервью.

Читайте dneprovec.by «Вконтакте» → vk.com/rnewscity Читайте dneprovec.by в «Одноклассниках» → ok.ru/rcity

Чтобы написать комментарий, войдите, используя социальные сети