Общество > Нам пишут

2432

Поведал речичанин Федор Мануйлов. Дело совести

 +

О наболевшем поведал корреспонденту «Дняпроўца» речичанин Федор Мануйлов.

Конечно же, в таком доме-развалюхе Федору Мануйлову уже не жить
Конечно же, в таком доме-развалюхе Федору Мануйлову уже не жить

– Вот «Дняпровец» за субботу, – сказал Федор Ефимович с заметной дрожью в голосе.

Номер за 3 августа нынешнего года. Страница № 3. Основной материал – «Сведения о пустующих домах, подлежащих включению в реестр пустующих домов, в соответствии с Указом Президента Республики Беларусь от 4 сентября 2018 г. № 357 «О пустующих и ветхих домах».

Федора Ефимовича знаю давно. Он давний читатель «Дняпроўца». Районку хранит, как признался, с 1977 года. До единого номера.

Здорово помог мне и при работе над книгой «И колосится поле…», раскрывающей страницы истории агрогородка Заспа и филиала «Советская Белоруссия» ОАО «Речицкий комбинат хлебопродуктов» (2011 г.). Его воспоминания о родной деревне Адамовке и людях данного населенного пункта на страницы издания ложились жгучей строкой...

Ольга Ивановна, его мать, во время немецко-фашистской оккупации потеряла мужа-кормильца, а он вместе с сестрами Анастасией, Екатериной и Верой, братом Павлом, – отца. Каким образом? Ефим Федорович, отец, был схвачен и расстрелян карателями в августе 1943 года, когда под видом желающих «найти своих» Адамовку посетила группа ложного партизанского отряда. Почувствовав неладное, Ефим Федорович, являясь связным партизанского отряда, на вопрос, где найти партизан, ответил уклончиво: в Адамовке их нет, а вот в Ровенской Слободе могут быть…

Был обвинен в пособничестве народным мстителям.

Страдальца расстреляли в Речице, закопав в лесу на окраине райцентра.

Сам Федор Ефимович поднимал адамовский колхоз им. Ворошилова начиная с… 13 лет. На пенсию ушел с трудовым стажем почти в 44 года.

Что же взволновало человека, заставив прийти в редакцию? Сообщение, что Заспенский сельский Совет в сведения о пустующих домах включил дом № 36, находящийся в его родной Адамовке. Это частная собственность Федора Ефимовича.

Прочтем, о чем поведал ветеран, изложив в строках нескольких листов школьной тетрадки в косую линейку:

«Моя родная деревня – Адамовка. Здесь я родился, жил, сюда часто наведывался, и что уж скрывать, собирался здесь встретить свой последний день.

В Адамовке у меня дом. А достался он после смерти брата Павла. Довелось оформлять как покупку.

Заимев такую «фазенду» и пожив какое-то время, я познакомился с соседями. «Познакомился», потому что домовладения населенного пункта в большинстве своем перешли к дачникам. Они не то что из Речицы, но и из Гомеля.

Владельцы же, которые из моих коренных земляков, переехав в Речицу или иные места Гомельщины, навещали, как и я сам, родные места от случая к случаю. Некоторые засевали обширные огороды, большинство ограничивались обычными грядками.

Меня, человека, хорошо знавшего обычаи давнего времени и даже тяжелых лет послевоенного периода, вскоре начало смущать следующее. Во-первых, беззастенчивость в понимании «мое-чужое». Ведь и мои земляки коренные (при оговорке, что не все) не стеснялись зайти на чужое подворье, заглянуть в чужие сад или огород. Стали рвать и вырывать все, что тянулось к солнцу.

Столкнувшись с этим, дачники из Гомеля очень быстро потеряли интерес к адамовским соткам. Перестали садить и растить, а затем и прекратили ездить.

Поорудовав в чужих садах и на чужих грядках, как медведь на пасеке, любители дармовщины взялись и за строения.

Вот оформил я дом умершего брата. Он был, как говорится, в крепком состоянии.

Вначале, еще в последний период жизни брата, пропал газовый баллон. Уже при хозяйствовании моем кто-то постягивал и покрывала с кровати. Привез я рабочую одежду – исчезла и она. Были у меня новенькие сапоги, вместо них – старье. Спасибо, хоть что-то да оставили из своего, ненужного.

Привез цемент для намечавшегося ремонта, а через несколько дней, когда намеревался закатать рукава, – ни цемента, ни рубероида. Так было и с краской, которую не смог использовать по причине ненастья.

Думалось построить сарай, привез четыре машины пиломатериалов. Тут уж мои доски, брусья и бревна тянули, как оказалось, кому не лень. А я узнал: в разбазаривании чужого участвовали не только земляки-адамовцы, но и «доброхоты» из соседней Степановки и даже Свиридовичей.

После пиломатериалов пропали металлические столбы ограждения.

Я мог бы назвать и конкретную фамилию. Этот «сосед», свинтив в моем доме электросчетчик, прятался под крышей дома от милиции.

Не успел я снять на зиму яблоки с деревьев: оставил доспеть. Приехал. Урожай свой… нашел у одного из коренных адамовцев, уже уложенный в ящики. Попробовал пристыдить. В ответ: «Так ты же, это... Может, тебе и не надо?..»

Что же предлагает Федор Ефимович, попав в реестр частников домовладений согласно Указу Президента от 4 сентября 2018 года?

Первое – сфотографировать его «фазенду» и дать «в цвете» на странице «Дняпроўца». Дабы те, которые курочили чужое, устыдились содеянного и «чтобы их бесстыдство стало как разорвавшаяся бомба для всех любителей чужого».

Так и хочется сказать: уважаемый Федор Ефимович, «бомба», предлагаемая вами, для потерявшего совесть, то же самое, что, образно говоря, слону дробина.

Да, появись определенная фамилия на странице «Дняпроўца», для многих оказалась бы она конкретно-тяжелым укором, заставляющим стыдиться и самому, и детям потенциального вора. Вот только газета не может пойти на шаг, озвученный выше, ибо «толчком» к ЭТОМУ должно явиться судебное решение. Поэтому остается уповать на совесть человеческую, которую многие и многие уже потеряли, чаще всего утопив в спиртном.

Можно сожалеть, что с некоторых пор у нас стала размываться роль общественности в «воспитательном процессе» не ребятни, а именно взрослых. Мы, недовольные, уже боимся или стесняемся сказать ворюге то, что он заслуживает. И не потому, что дрожим. Как пример, своё: несколько лет тому взял да и позвонил ночью в милицию, пожаловавшись на соседа, который в квартире через стену стал устраивать «ерелаш».

Утром последовал звонок из домоуправления: «Это вы не даете спать соседям?»

Звонок из милиции: «Придите, чтобы написать заявление».

Пришел. Услышал заверение: уж мы-то спуску не дадим. В итоге? Заявление было переадресовано в домоуправление. Всего-то. Получается, чтобы привлечь соседа, регулярно нарушающего твой покой и покой многих иных, требуется приложить массу усилий, стоящих нервов и нервов, которые, как принято считать, не восстанавливаются.

Так что же предлагаю? Свое отстаивать более энергично. В том числе и заявлениями «куда следует». Если иначе, то остается ожидать, что неприятное как бы рассосется само собою.

…Возвратимся к Федору Ефимовичу. У него нет четкого плана в отношении дальнейших шагов по частному домовладению в деревне Адамовке (дом № 36). Хотя и склоняется к тому, дабы дом разобрать и перевезти в Речицу, использовав для возведения сарая. Возможно, планы могут измениться.

Звоню в Заспенский сельский Совет. Во-первых, предложение более внимательно смотреть за сведениями, подаваемыми в «район». Дом № 36, что в деревне Адамовке, являющийся собственность Ф. Е. Мануйлова, не 1996 года постройки, а старше на несколько десятков лет.

Но, и это главное, каким образом можно «узаконить» вопрос по домостроению? Ведь подобно-квалифицированное разъяснение должно помочь не только Федору Ефимовичу, но и многим иным, уже попавшим или рискующим попасть в положение аналогичное.

Любовь Васильевна Бышик, управделами исполкома, пояснила по сути то, что думалось и мне, сотруднику «Дняпроўца».

Написанное в районке о пустующих домах, в числе которых и домовладение Федора Ефимовича Мануйлова, – НАПОМИНАНИЕ гражданам о необходимости в доме жить или навести в нем порядок. Есть полное право, к которому Федор Ефимович склоняется, строение разобрать и материал использовать по дальнейшему назначению. Он пенсионер. Следовательно, от налогов на недвижимость, земельный налог, а равно и платежи по обязательному страхованию строения, которое в деревне Адамовке, его не касаются. Остаются «плата за жилищно-коммунальные услуги» и «возмещение расходов на электроэнергию». Они могут быть урегулированы посредством обращения в речицкие «Райжилкомхоз» и отделение Энергонадзора.

И все же…

Остается у журналиста острое чувство некоей недосказанности. Она оттого, что в контексте нашей совести. Неужели можно ее, совесть, терять из-за чужих кастрюли, яблока или урожая грядки, чужих столба ограждения или доски… Вот и хочется сказать: «Люди! Не позорьте отчий род! Давайте помнить мудрое изречение иудеев: «У савана нет кармана…»

Перепечатка текста и фото Dneprovec.by запрещена без разрешения редакции. info@dneprovec.by

Читайте dneprovec.by «Вконтакте» → vk.com/rnewscity Читайте dneprovec.by в «Одноклассниках» → ok.ru/rcity